Интерактивный музей спорта

Владимир Казаченок: Я всегда был лидером

Владимир Казаченок — любимец питерских болельщиков, один из лучших игроков в истории «Зенита», грозный бомбардир, входящий в символический «Клуб Григория Федотова». До сих пор болельщики помнят незамысловатые вирши: «Кто играл в футбол с пеленок?/ То Володя Казаченок!» В недавнем матче сборных ветеранов Франции и России он был одной из самых заметных фигур и еще раз подтвердил старую истину: большие мастера из футбола не уходят, они в нем живут, пока их помнят благодарные болельщики.

Нападающего нельзя научить забиватьВладимир Казаченок: Я всегда был лидером

— Начнем с самого начала. — Родился и вырос в Колпине. Там же и в футбол начал играть — в команде «Ижорец», в которой тренерами тогда были Сергей Сальников, Анатолий Горевалов и Евгений Татьков. Оттуда меня пригласили в «Зенит». Заиграл не сразу, еще «сырым» попал в команду. Прошел хорошую школу дубля, где со мной много работали Станислав Завидонов и Анатолий Васильев. Большое им спасибо. Как и Евгению Горянскому, первому тренеру, доверившему мне место в основном состав. — Вы с самого начала играли в нападении. Оценивая самого себя — что было вашим главным козырем, и были ли у форварда Владимира Казаченка недостатки? — Меньше всего могу похвастать хорошим ударом. В детской команде мне его «не поставили», а позднее исправить этот недостаток не удалось, несмотря на все старания Германа Зонина. Сильные стороны? Самого себя хвалить как-то нехорошо… Наверное, обводка, агрессивность. Я бы всем молодым нападающим посоветовал приучить себя к мысли, что против тебя всегда будут играть персонально, что в каждом матче за твоей спиной обязательно будет человек, и, скорее всего, не один, и надо уметь обыгрывать не только своего опекуна, но и того, кто его страхует. — Говорят, форвардом нужно родиться. Нет ли в этом утверждении преувеличения? — Если и есть, то совсем немного. Нападающего нельзя научить забивать голы, нападающий должен всему учиться сам. Если природа обидела, никакой тренер не поможет.

Не люблю проигрывать

 — Став в «Зените» одним из лучших, вы затем перешли в московское «Динамо». Вас «призвали» или вы уехали в столицу по своей воле? — Подошло время служить, и я получил приглашение из «Динамо». Подумал и согласился — в Ленинграде-то никто не гарантировал мне, что я смогу служить, играя в футбол. Кстати, никогда не жалел потом о переходе в «Динамо» — три года в этой команде мне дали очень много.  — С «бело-голубыми» вы выиграли Кубок СССР, забив в финале победный гол, выступали в еврокубках… — Меня и в «Зените» считали одним из лидеров, хотя я был в числе самых молодых. Но московское «Динамо», в отличие от «Зенита», в те годы постоянно ставило перед собой высокие цели — стоило ли отказываться от перехода в такой клуб. Мне повезло, я застал последнее, наверное, поколение настоящих, истинных динамовцев: Льва Ивановича Яшина, уже работавшего тренером, Геннадия Еврюжихина, Михаила Гершковича, Александра Максименкова, Александра Минаева. Никто из них не любил проигрывать, даже на тренировках. И я не стал исключением — всегда хотел быть первым. Бежал ли кросс, играл с кем-нибудь в паре — стремился только к победе. Ударил, скажем, по воротам, а вратарь взял, значит, я проиграл, значит, надо так пробить, чтобы не смог взять. Команду возглавлял великий, по моему мнению, тренер — Александр Александрович Севидов. Он любое занятие умел сделать интересным. Даже пары подбирались так, чтобы мы по-настоящему соперничали. Меня ставил месте с защитником Сергеем Никулиным. Серега человек мрачноватый, замкнутый, а я веселый, люблю всякие розыгрыши, частенько над ним подшучивал, веселил команду. Ему особенно хотелось у меня выиграть — чтобы я вечером помалкивал. — В «Зените» тоже были хорошие времена, как раз после вашего возвращения. Почему же эта славная пора так быстро закончилась? — Юрий Андреевич Морозов собрал хорошую команду, и в 1980-м мы выиграли бронзовые медали. Но я считаю, что тот «Зенит» должен был добиться большего и не один раз стать чемпионом. Ведь по большому счету, кто из «золотого» состава 1984-го реализовал себя на все сто процентов? Пожалуй, только Михаил Бирюков и Алексей Степанов. Они пришли в «Зенит» совсем «сырыми», но за счет трудолюбия, старания стали теми, кем их все теперь знают. А все остальные — Юра Желудков, Аркадий Афанасьев, Валера Брошин, Николай Ларионов, Сергей Дмитриев и другие — должны были добиться большего. А раскрылись процентов на семьдесят или даже меньше. — А насколько реализовал себя Казаченок? — Ну, наверное, даже больше, чем на сто процентов. У меня ведь не было особых природных данных — сверхскорости, мощного удара… А я играл неплохо и забивал немало. — Статистики наконец-то восстановили справедлиость и приняли вас в «Клуб Григория Федотова». Вы сами считали свои голы? — Считал и хорошо помню каждый из них. Готовя себя к тренерской деятельности, я даже завел тетрадку, в которую записывал все голевые комбинации нашей команды. Я рад, что «нашлись»-таки 104 забитых мной мяча и я вхожу в этот Клуб. Но их у меня гораздо больше — в товарищеских матчах за «Зенит» я забил еще с полсотни голов. — Какой из них вам запомнился больше всех? — Наверное, тот, что я забил головой на сборах в Болгарии в тренировочном матче с местной командой. Мне тогда удалось очень высоко выпрыгнуть, на полкорпуса выше вратаря, — как-никак, я и в волейбол играл неплохо. Однажды попал в ворота непосредственно с углового, забил своему другу Владимиру Пильгую — он за «Кубань» тогда играл. Потом ворчал на меня: «Ты что, ничего лучше придумать не мог?» Пильгуй был великолепным вратарем, настоящим наследником Яшина. На тренировках в «Динамо» мы, бывало, не могли забить ему минут по тридцать кряду, хотя у многих удар хорошо был поставлен. Он как заводился, брал все подряд. — Многие считают, что вы ушли, не доиграв, слишком рано. — Я закончил в 31. Мог бы поиграть еще, но — на тех же условиях, что и молодые. Чтобы тренеры смотрели не в паспорт, а на то, кто как играет. Но тогда была тенденция такая — «на омоложение», все торопили: «Давай, давай заканчивай». К тому же я по натуре своей не смог бы выходить на один тайм. Были предложения из других городов — звали в Ростов, Волгоград, в Тюмень я даже поехал. Целый месяц тренировался там и понял, что играть в низших лигах не хочу. Тогда высшая лига была на порядок сильнее первой, в ней все делали быстрее, думали быстрее. А в тюменской команде открываешься — партнер не готов, начинаются взаимные упреки, возникает антипатия друг к другу. И я решил, что не буду играть ни в Тюмени, ни где-то еще. — В сборную СССР вас приглашали, но закрепиться в ней не удалось. Почему? — Не почувствовал доверия тренеров, мне не давали раскрыть свои лучшие качества. Все время приглашали на просмотр, в резерв… Но я счастлив, что сыграл за сборную на «Маракане» с бразильцами. Это незабываемое впечатление. Как, наверное, верующие люди мечтают попасть в Иерусалим, каждый футболист спит и видит себя на «Маракане». В Бразилии я увидел, как тренируется их сборная, и поразился: они играли одиннадцать на одиннадцать в одно касание в штрафной площади! Причем разыгрывали комбинации, придумывали что-то. Насколько же все-таки бразильцы техничны!

Я помог раскрыться Радченко

— Заканчивая играть, вы уже знали, чем будете заниматься? — Хотел тренировать, но не детские команды, а взрослые. Не сразу это удалось. Два года работал в «Лентрансагентстве», у меня в подчинении были 60 грузчиков, из которых человек тридцать имели высшее образование, им палец в рот не клади. Этот опыт административной работы мне потом очень пригодился. — В конце 1987-го вы и Анатолий Зинченко возглавили ленинградское «Динамо», и команда сразу прибавила, заиграла лучше. Почему вы так недолго поработали этом клубе? — В «Динамо» приходилось очень много времени тратить на то, чтобы убеждать начальство, что команда вообще нужна. Ведь ее каждый год собирались расформировывать, денег не давали. А ребята в команде были хорошие — Варфоломеев, Усачев, Никитин, Радченко… Я могу гордиться тем, что открыл Диму Радченко. В него почти никто не верил, в «Зенит» его не брали, ни в какие юношеские сборные не приглашали. А я, когда увидел его спину, почувствовал, что из него может получиться хороший нападающий. Такая же спина, как у меня, — значит, подумал я, он должен так же дышать, как я, так же бегать Не знаю, помнит он или нет, но я целый год занимался с ним индивидуально, как со мной в свое время возились Завидонов и Васильев, учил всему, что умею сам, показывал свои финты… — После «Динамо», если не ошибаюсь, вы уехали в Финляндию? — Ехал работать тренером, а пришлось в 38 лет поиграть самому. Финские друзья уговаривали еще остаться, но я тогда сказал: «Можно все обмануть, кроме возраста». Теперь играю только за ветеранские команды.

С нами хотят играть всеВладимир Казаченок: Я всегда был лидером

 — Почему сейчас стало больше ветеранских команд, чаще проводятся их матчи? — Появились люди, помогающие по мере сил ветеранскому футболу. Многие футболисты, закончив играть, не могут найти себя в жизни. Футбол дает возможность заработать (правда, не так много), общаться со старыми друзьями, да и просто полезно подвигаться. Ведь это здорово. что люди и в 50 лет не теряют азарта и увлеченно играют. Скорости у нас, конечно, не те, но мастерство осталось. Я, например, когда играю, думаю: «Какой я молодец, как я здорово бегаю». А посмотрю потом себя на видео — у меня сын некоторые матчи снимает: «Господи, да я же еле передвигаюсь». Сейчас в первенстве города среди ветеранов играет гораздо больше команд, чем в обычном чемпионате Петербурга. И если вообще неявки случаются сплошь и рядом, то на матчи с нами — «Зенитом-84» неявок не бывает. Хотя иногда становится слишком «боевой», если соперники вспоминают старое и пытаются доказать, что им в свое время чего-то не додали, не позволили заиграть. — К международным матчам готовитесь специально? — Да нет, на встречу с французами, например, собрались перед самой игрой, даже не тренировались вместе с москвичами. Зачем? Тренировки не помогут — что есть, то есть. Это я шучу. Играл за ветеранов и с итальянцами, когда у них были в команде восемь чемпионов мира, и с испанцами — а у них вышли четверо из «Реала», только что закончившие выступать в большом футболе. И наша сборная ветеранов им не уступила. А почему, собственно, мы должны уступать, если в свои годы им не проигрывали? Меня, скажем, в матче с испанцами Маседа опекал и ничего со мной сделать не мог, сколько ни бил меня по ногам. В конце он разозлился и локтем мне по лицу заехал, но после игры на банкете подошел и говорит: «Спасибо, что не ответил».

Фонд «Зенита-84» мечтает о своей школе

 — Чем вы занимаетесь сейчас? — Работаю в фонде «Зенит-84», который возглавляет Александр Канищев. Наш фонд существует уже полтора года. Мы ни у кого ни копейки не просим, но помогаем нашим заслуженным ветеранам футбола, проводим соревнования, сами в них участвуем. В середине июня в Риге пройдет турнир с участием сборных ветеранов Латвии, Белоруссии, Грузии и «Зенита-84». А в июле будем играть в Москве на Мемориале Эдуарда Стрельцова, которому исполнилось бы в этом году 60 лет. Занимаемся и коммерческой деятельностью — недавно открыли свое рекламное агентство, и, возможно, скоро в городе появятся рекламные щиты нашего фонда. — Какие? — Будем рекламировать те фирмы, которые захотят с нами сотрудничать. Например, Юра Желудков любит «Балтику»-троечку, пусть ее и рекламирует. Но если серьезно, своей главной задачей фонд считает создание своей собственной футбольной школы. В Питере есть «Смена» и «Зенит», они хорошо работают, но для такого большого города, как наш, их не хватает. Многие дети хотят играть в футбол, но не всем повезло жить рядом со школой — мамы не хотят отпускать их, если надо ехать через весь город. Нам нужно только распоряжение губернатора о выделении участка земли, все остальное фонд «Зенит-84» готов взять на себя. — Тренерами в этой школе будут футболисты «Зенита-84»? — Нас еще помнят в Питере, и, надеюсь, родители поведут детей в нашу школу. Я же еще хотел бы попробовать себя как тренер в профессиональном футболе. Считаю, что у меня есть хороший опыт, знания. Я сейчас получаю очень много информации о зарубежном футболе, смотрю много матчей по телевидению, анализирую, размышляю. — Российский чемпионат вам, наверное, не очень интересен? — Если вспоминать союзную высшую лигу, футбол, конечно, деградировал. Я почти не вижу ярких игроков. Взять Веретенникова: один из самых заметных, лучший российский бомбардир. Но я нахожу у него лишь одно несомненное достоинство — хороший удар. Во всем остальном он не показывает ничего особенного, в мое время в каждой команде высшей лиги было по пять-шесть игроков такого уровня. — Ваше мнение о нынешнем «Зените»? — Разве нормально, когда руководство клуба и власти города враждуют между собой? «Зенит» всегда был командой всего Ленинграда и должен получать поддержку у городского правительства, а не существовать сам по себе. А что до самого футбола… Бышовец — хороший тренер, я его уважаю, но «Зенит» вряд ли займет высокое место. В команде нет лидеров, способных взять игру на себя. Лидером нельзя кого-либо назначить, человек должен сам себя проявить.   Казаченок прав. «Зениту» сегодняшнему не хватает как раз таких футболистов, каким был он сам, — лидеров и по мастерству, и по характеру. Игроков, которыми болельшики восхищались бы сегодня и о которых помнили бы через двадцать лет. Михаил ГРИГОРЬЕВ  
Закрыть меню

Дорогие друзья!

Мы будем признательны Вам за поддержку нашего проекта,
дополнения, уточнения к материалам о людях и событиях
из истории спорта Санкт-Петербурга.
close-link